«Федеральный выпуск»
,
Москва
Оставить обращение

Особенности российской борьбы с коррупцией

Дата публикации: 11.09.2019, редактор: Березкина Наталья

Практически на всей постсоветской истории наша страна является одной из форм государственно-частного партнерства, во главе с олигархами, которые получают выгоду из государственного кланово-олигархического капитализма.

Между тем протестные движения, набравшие силу летом этого года, показали что не все так спокойно в России. И пусть поводом для демонстраций послужил отказ в регистрации кандидатов в депутаты Мосгордумы. Но также был сделан акцент на целый ряд претензий к действующей власти.

В этом смысле они стали частью последовательности выступлений, продолжающихся с, по крайней мере, 2011–12 годов, когда большие толпы людей, несмотря на зимний холод, вышли на улицы чтобы протестовать против фальсификации выборов правящей партией «Единая Россия» и неизбежного возвращения Путина на пост президента. С тех пор, несмотря на жесткие репрессии против демонстрантов, протесты стали обычным явлением для российского политического ландшафта, повышая ставки как для режима, так и для населения.

В то время как оппозиция Путину охватывает широкий круг политических и идеологических течений — от либералов до социалистов, монархистов и интернет-либертарианцев — одной из наиболее последовательных, объединяющих эти течения тем была борьба с коррупцией. В немалой степени это объясняется выдающейся ролью Алексея Навального, который потратил более десяти лет на изучение этой темы. С 2000-х годов он использовал различные платформы — от своего блога в Живом журнале и Twitter до мультимедийных операций своего антикоррупционного фонда (ФБК) — чтобы разоблачить все виды воровства — от кумовства и личного обогащения правительственных чиновников до колоссального воровства со стороны государственных компаний. Это включает в себя раскрытие информации о фигурах входящих во «внутренний круг» Кремля, таких как бывший президент Дмитрий Медведев, который был «главным героем» документального фильма ФБК 2017 года «Не называйте его Димоном», из которого зрители узнали о личном состоянии Медведева, яхтах и недвижимости в РФ и Италии, которые, по-видимому, включают в себя виноградники и замок в Тоскане.

Нет сомнений в том, что борьба с коррупцией была эффективным инструментом для сплочения оппозиции к режиму — обязывая сам режим заняться этим вопросом. В этом году во время ежегодного телевизионного диалога Путина с русским народом, в котором он отвечает на вопросы звонящих (отобранных, естественно), возник вопрос о коррупции. Путина спросили, чувствует ли он «личную ответственность за этот бардак». Он ответил: «Конечно» , а затем заявил, что «количество коррупционных преступлений сокращается… во многом благодаря нашим последовательным и бескомпромиссным усилиям».

Когда бизнесмен пытается захватить конкурирующую фирму, он может платить чиновникам за проведение налоговых проверок и инспекций по охране труда и технике безопасности до тех пор, пока конкурент не согласится на его цену выкупа.

Время от времени происходят аресты высокопоставленных лиц, которые, вроде бы, подтверждают идею официальной борьбы с коррупцией: в декабре 2017 года бывший министр экономики Алексей Улюкаев был приговорен к восьми годам тюремного заключения за взятку. Однако результаты предыдущих усилий должны заставить нас сомневаться в искренности этой борьбы: например, министр обороны Анатолий Сердюков был уволен в 2012 году из-за коррупционного скандала и обвинен в халатности в 2013 году — только для того, чтобы быть помилованным в следующем году. Теперь у него важная (и, безусловно, прибыльная) работа в Ростехе, государственной корпорации по производству оружия и высоким технологиям. В реальности, внутри российской элиты коррупционные расследования являются скорее симптомом внутриэлитных баталий, чем дисциплинирующим механизмом, и дополнительным оружием, которое нужно использовать против соперников в борьбе за власть и влияние.

В то время как официальные антикоррупционные кампании являются, в лучшем случае, пиаром, стремление оппозиции искоренить коррупцию основывается на идее, что коррупция является случайным дополнением к системе, которую можно было бы сделать более справедливой и рациональной без нее. Но это ошибочный тезис: оргии незаконного обогащения, которые справедливо атакуют Навальный и другие, — это не просто результат личной жадности коллег Путина, а часть конструкции самой системы. Отнюдь не являясь посторонним или второстепенным звеном современного российского капитализма, коррупция была заложена в нем с самого начала.

Для российской оппозиции имеет очевидный стратегический смысл продолжать делать акцент на коррупции, учитывая ее огромные масштабы. Но, как и в других частях мира, в политической повестке дня, в основе которой лежит борьба с коррупцией, существуют определенные опасности и ограничения. Риторика Навального часто опирается на критику коррупции как растраты денег налогоплательщиков — что, конечно же, так и есть. Но эта логика может также быть применена и к проведению более ясно выраженной рыночной (без участия государства) политики и к защите прав потребителей в отношении распределения бюджетных благ. Под предлогом того, что государство остается слишком щедрым объектом для грабежа, и то, и другое легко могли бы превратиться в оправдание для еще более решительного неолиберального лечения, чем-то которое РФ уже проходит.

Сверх того, антикоррупционная политика не может разрушить основные структуры, которые в первую очередь способствовали коррупции. Ведь коррупция — это не злокачественный нарост, каким-то образом связанный с русским капитализмом, а системная особенность того типа капитализма, который существует в России. И, в конечном счете, не может быть положен реальный конец воровству в перекрывающихся мирах российского бизнеса и государства без фундаментального изменения господствующей экономической и политической модели.

Места действия и организации: ФБК
Анонс фильма-расследования: "Досуг мне разбирать вины твои ..."
Лента новостей